Учёт для цеха на 10–50 человек, где заказ сегодня живёт в Excel, в голове мастера и на словах. Техкарта → заказ → цех → деньги: один путь, ровно ваш процесс, без модулей, которыми никто не пользуется.
Без регистрации. Данные учебные, у каждого посетителя свои — ломайте смело.
Заказ идёт дешевле плана на 327 рублей — но трубы ушло больше нормы, спасла дешёвая закупка.
«Себестоимость заказа узнаём, когда посчитали зарплату»
Цена клиенту назначается по ощущению, а что заказ принёс на самом деле — видно через месяц, когда менять уже нечего.
«Успеваем ли — спрашиваем у мастера»
Очередь в цеху существует в голове одного человека. Он в отпуске — сроки называют наугад.
«Изделие в десяти цветах — десять спецификаций»
Каждое исполнение заводится отдельно, поправка нормы — в десяти местах. Справочник растёт, а доверие к нему падает.
«Брак никто не считает»
Запускаем сто, сдаём девяносто семь, докупаем, доделываем. Куда ушли три — в себестоимость не попадает никогда.
Это не про людей — это про то, что у заказа нет одного места, где он живёт от техкарты до сдачи. Учёт, который не видит цеха, ответить на это не может; тяжёлая ERP — может, но стоит как год работы производства.
Сводка не показывает «дашборд» — она отвечает на четыре вопроса, которые владелец задаёт вслух. Каждый ответ считается из того, что цех отметил за смену.
Сколько смен работы стоит в очереди на каждом участке и сколько осталось до срока. Заказы, которые не успевают, видны заранее, а не в день отгрузки.
Отклонение плана и факта в рублях: отдельно труд, отдельно материалы. По материалам видно, переплатили при закупке или перерасходовали в цеху.
Загрузка участков в сменах. Узкое место, из-за которого стоит весь заказ, названо прямо.
Материал под запущенные заказы считается в порядке срока: заказ с ближней датой забирает остаток первым, дефицит виден до того, как встал цех.
Между учётом, который не видит цеха, и тяжёлой ERP за годовой бюджет производства почти ничего нет. Система стоит ровно в этом промежутке: пооперационный учёт, рабочие центры, нормы и честное отклонение — без модулей, которыми на производстве из тридцати человек никто не пользуется.
Ни одно число не вводится руками дважды: всё считается из техкарты и из того, что цех отметил за смену.
Изделие описывается один раз: из каких узлов и деталей состоит, кто и сколько над ним работает. Опции — длина, цвет, исполнение — меняют СОСТАВ, а не только цену: заказ разбирается по правилам сам и сразу даёт маршрут по участкам, потребность в материалах и время.
Материалы и труд разложены по статьям, видна минимальная цена, ниже которой заказ убыточен. Наладка входит в партию один раз: в нашем примере единица в партии 24 штуки выходит в 2,6 раза дешевле, чем в заказе на одну. Это довод в переговорах с клиентом, а не догадка.
Чтобы сдать 100 годных при 3% брака, запустить надо 103. Система считает это на всю глубину узлов: брак на детали тянет за собой запуск узла, а не добавляется процентом в конце.
Каждая закупка — своя цена и дата, списание идёт от самой давней. Факт по материалам — это настоящие накладные, а не средняя цена за год. Обрезь и брак, идущие в дробилку или в лом, возвращаются на склад и уменьшают себестоимость.
Мастер видит очередь по сроку заказа и отмечает факт: сколько сделано, сколько ушло времени, сколько брака. Партия идёт дальше частями — следующий передел не ждёт, пока предыдущий закроет её целиком. У каждого своя часть системы: владелец видит деньги и сроки, мастер — работу без сумм, кладовщик — очередь выдачи.
На карточке задания — весь маршрут заказа: что уже сделано до этого участка и что ждёт после. Мастер видит, успеют ли нарезать к его смене, не звоня в соседний пролёт.
Внизу колонки — что участок сдал за смену: сначала по людям, потом по заказам. Рабочему это первое, что показывают: не система, а его собственная смена.
Отметка брака — с именем, датой и расчётной массой: у каждой детали известен расход материала. Неисправимый брак не исчезает — он возвращается на склад дроблёнкой или ломом и принимается по весу. Деталь, записанная в брак и унесённая домой, оставляет след в двух местах: у человека брак выше нормы, а на складе не хватает килограммов отхода.
Система не подменяет то, что у вас уже работает, — она стыкуется с этим по границе заказа. Поэтому в ней нет модулей «на всякий случай».
Система показывает очередь и загрузку участков в сменах. Кто утром встанет к какому станку — решает мастер, как и сейчас.
Норма расхода с пропилом и остатком считается здесь; как разложить детали по листу — там, где вы это уже делаете.
Сдельная выработка за смену видна мастеру и владельцу. Наряды и расчётный листок остаются там, где считались.
Контроль — обычная операция маршрута: с нормой времени, отметкой «принято» и браком с именем. Что пишется по его итогам, пишется там же, где сейчас.
Без мест хранения, инвентаризации и мерного остатка: на тридцати человеках их никто не ведёт, а кнопки под них мешают тем, что есть.
Спецификации заводим как есть. Часть норм времени и расхода берём из ваших данных, часть снимаем в цеху: система, посчитанная по выдуманным нормам, считает красиво и мимо — это главная причина, по которой учёт бросают.
Человек со стороны производства, который отвечает за техкарты и нормы. Технологом быть не обязательно: карту заводят по чертежу и по разговору с мастером.
Мастеру и рабочему система показывается раньше, чем владельцу, и не как система, а как их смена: сколько сделал, сколько ушло, сколько в брак. Учёт, который нужен только директору, в цеху не заполняют.
Система ставится на ваш сервер и работает в вашей сети — без абонентской платы за доступ к собственным данным.
Заказ можно принять, провести через цех и посмотреть, что стало с деньгами. Или завести своё изделие — техкарту проходит не технолог, а владелец.
Дальше — разговор, а не форма: посмотрим ваш цех, заведём на стенде одно ваше изделие с вашими нормами и увидим, что система скажет про ваш заказ. Если скажет мимо — это будет видно за час, а не через год.
Пример на стенде — цех металлоконструкций: пять участков, сварная рама под оборудование, два заказа в работе. Цифры условные, механика настоящая. Руководство открыто там же.